Вдалеке мелькали знакомые вывески: "Аптека", "Фарфор", "Булочная-кондитерская", скакали совсем рядом одноногие деревья, а когда грузовик сделал плавный поворот и выехал на пустынное шоссе, деревья слились в сплошную ленту, и впереди росла на глазах, приближалась вышка трамплина.

Вот и великанская вышка проплыла совсем рядом, такая непохожая вблизи на себя: громадная, сильная, железными лапами уперлась в край обрыва.

- Держись! Прибавляю скорость! - весело кричит Гум-гам.

Он выглядел в своем серебристом шлеме совсем как заядлый гонщик.

- Стой! Колесо отвалилось! - Максим вцепился в локоть Гум-гама, увидев, как отлетел в сторону деревянный круг.

- Чепуха! - Гум-гам даже не оглянулся. - Доедем без колеса. Видишь, как змеится наш змей... Держись!

Встречное легковое такси резко свернуло в сторону и въехало на газон, хотя маленький деревянный грузовик не нарушал правил движения. А Гумгам не только увеличил скорость, он поднял свою машину в воздух! Хорошо, что поблизости не было милиционеров: они бы, конечно, погнались за странной машиной. Но вряд ли догнали бы на своих мотоциклах грузовик! Даже тот милиционер, на белом скакуне.

Приятели влетели во двор и приземлились на детсадовской площадке. Если бы дом не спал, такое появление Максима и его спутника вызвало бы немало разговоров. Но никто не заметил, как прямо с неба опустился в траву игрушечный грузовик, как водитель в скафандре, только что чудесно управлявший машиной, отпустил наконец деревянный руль, крепко-накрепко прибитый к кабине.

- Все! - вздохнул Гум-гам. - Это был настоящий полет змея. Можно, конечно, катить и быстрее, но я боялся, что грузовик развалится...

Он вылез, пыхтя, из кабины, разгладил ладонью помятый змей. А Максим, тяжело дыша, бросился под машину и присвистнул от удивления: грузовик стоял, опираясь на три колеса.

"В мире миллион разных машин или еще больше, - сказал себе Максим. И все - на четырех колесах. А мы ехали на трех..."